– Увы, это так, – произнесла Элизабет задумчиво.

– Значит, надо забыть о принце. И найти обыкновенного парня, который надевает и снимает штаны, как все нормальные люди, – не через голову. – Лайла озорно улыбнулась.

Элизабет опять погрузилась в мечты. Он даже не снял штаны. Был слишком нетерпелив. И это возбуждало. Сердце ее учащенно забилось, она грезила наяву. Нет, пора кончать с этими эротическими видениями. Какая-то глупость! Но во всем виновата Лайла. Только и знает, что говорить о сексе, и от этого Элизабет чувствует себя обделенной.

– Ну, в наше время не так просто найти мужчину, – возразила она. – Но я не собираюсь вешаться на шею любому, кто переступит этот порог.

– Ладно, давай тогда подумаем о ком-нибудь, кто ближе к дому. – Лайла сдвинула брови. – Как насчет твоего соседа-холостяка?

Элизабет, которая протирала витрину смоченной «Уиндексом» тряпкой, повернулась к сестре:

– Какого еще соседа?

– Ну, того, что живет в доме рядом с твоим! Разве там много холостяков? – Лайла повысила голос. – Такой симпатичный, седовласый, широкоплечий.

Элизабет с удвоенной силой принялась оттирать пятно на стекле.

– Господин Рэндольф?

Лайла разразилась язвительным смехом.

– Господин Рэндольф, – передразнила она сестру звонким голосом нараспев. – Не изображай святую невинность. Уж ты наверняка положила на него глаз. Признавайся.

Элизабет убрала под прилавок пузырек со стеклоочистителем и тряпку, с досадой откинула со лба прядь волос:

– Это единственный холостяк во всей округе.

– Тогда почему бы тебе не пригласить его как-нибудь на ужин?

– А почему бы тебе не заняться своими собственными делами?

– Или не выйти косить траву на лужайке перед домом в пляжном костюме, едва прикрывающем грудь.

– Прекрати, Лайла! Тем более что лето кончилось и время для солнечных ванн прошло, слишком холодно.

Лайла подмигнула:

– Зато твои соски от холода станут упругими.